2012 m. gruodžio 26 d., trečiadienis
2012 m. gruodžio 25 d., antradienis
1953: Казнь под Рождество
1953: Казнь под Рождество
Дело Берия в свете недавно рассекреченнных документов
Лаврений Берия
Размер шрифта
Опубликовано 22.12.2012 12:00
Владимир Тольц:
Его расстреляли в канун западного Рождества. 23 декабря 1953 года. Хотя
Сергей Лаврентьевич, его сын, уверял меня и многих других журналистов и
историков, что отца убили еще в июне. Он, сын, и в своих мемуарах это
повторил. Но теперь, благодаря сотням опубликованных по делу Берия
документам ясно, что это, как и многое другое, сочиненное сыном, весьма
далеко от действительности.
Оказавшись в начале 1980-х на Западе, где Рождество отмечалось повсеместно и, в сравнении с нынешними политкорректными временами, куда более пышно, я задумался, почему в СССР – государстве атеистическом, казнь приурочили к кануну рождественских праздников на Западе? Хотели, чтобы иноземное общественное внимание, сосредоточенное на предстоящих торжествах, не особенно привлекалось к ней? Или это просто совпадение? Или еще вот: как сформировали «компанию» него подельников, которых казнили в тот же день? Ведь многих других приговаривали уже в следующем году?… И это – лишь часть вопросов, на которые мы попытаемся найти ответы сегодня – ровно 59 лет спустя после расстрела в канун Рождества 1953 года одного из советских вождей Лаврентия Берия и шести его приближенных….
Итак, казни под Рождество. 59 лет спустя.
Теперь, кажется, уже всем интересующимся прошлым ясно, почему Берия так боялись его собратья по партийному ареопагу. И почему, если он был действительно столь могущественным, как им представлялось, его, после смерти Сталина, удалось уничтожить первым. Еще 16 лет назад, обсуждая в одной из программ Свободы эти вопросы исследователь истории государственной власти в СССР профессор Рудольф Пихоя объяснял мне:
Рудольф Пихоя: Почему они его боялись? - Я думаю, что они его боялись не только потому, что он осуществлял вот этот тотальный контроль,- о степени этого тотального контроля мы можем судить по тому, как его арестовали. Этого тотального контроля в этот момент, очевидно, он не мог уже осуществлять.
Другое дело - по каким причинам? У Берии был очень серьезный недостаток для партийно-государственного деятеля Советского Союза - у него была масса идей в этот момент.
Он вмешивается во внутреннюю политику. Он активно занимается внешней политикой, он лезет в межнациональные отношения ...
И в этом смысле он становится неудобным всем.
Во-вторых, ну, не надо скидывать со счетов то, что он руководитель этой колоссальной информационной системы, которая называлась МВД, плюс еще и МГБ. Берии не забыли то, что он поручил своему архивному ведомству заняться сбором материалов о деятельности Маленкова, в том числе деятельности, связанной с репрессиями. Берию боялись из-за того, что он, располагая информацией, реально мог взорвать тогдашний Президиум ЦК.
А вот почему его арестовали первым? Потому что в этом "кружке друзей " под названием Президиум ЦК отношения были всегда достаточно напряженные, и вот эта полоса нескончаемых кризисов, которые шли от 1953-го года, закончились в конце концов Октябрьским Пленумом 1964 года, свидетельствовала, что это всегда был "террариум друзей".
Но Берия в этой ситуации был самым слабым звеном среди всего высшего партийно-государственного руководства. Это может прозвучать несколько неожиданно, но я хочу обратить ваше внимание на то, что Берия перешел в Министерство внутренних дел через 8 лет после того, как он работал в этом ведомстве. После 1945 года он вернулся в 1953-м году. Сменились люди, сменилась обстановка, у него уже не было того механизма контроля, который был раньше.
Кроме того, Берия объединил МВД и МГБ. Формально это усиливало МВД и МГБ, но это притащило туда все противоречия, которые накопились за годы самостоятельного существования МВД и МГБ. К тому времени эти ведомства самостоятельно существовали 10 лет и, скажем так, жили между собой весьма сложно, а временами просто находились в открытой конфронтации. То есть его окоп - его Министерство внутренних дел был не слишком глубоким и не слишком защищенным. Кроме этого, у Берия, конечно, не было поддержки в партийном аппарате, в государственном аппарате его боялись. Все эти обстоятельства делали Берию в качестве фигуры весьма уязвимой.
Владимир Тольц: Ныне, когда нам стали доступны многие из документов, которые некогда мог видеть лишь бывший главный архивист России профессор Рудольф Пихоя, можно попытаться уточнить: дело не в том, что «окоп Берия» - объединенное МВД оказался ослабленным внутренними противоречиями чекистов и ментов между собой. Судя по документам, арест Берия оказался блестящей военной операцией, в результате которой армейские переиграли эмведешников. Впрочем, как теперь ясно из рассекреченных материалов следствия, последние и не оказали никакого сопротивления и довольно скоро и безо всяких привычных для них пыток, мастерами которых многие из них были, стали сдавать своего арестованного шефа «по полной». А если бы сила была за ними, они столь же рьяно расправлялись бы и с теми, кто решился на антибериевский заговор. Так что воинская операция была не напрасной!
Несмотря на значительное расстояние, танковые полки Кантемировской и Таманской дивизий смогли быстро и тайно добраться до столицы и занять там ключевые позиции раньше, чем отреагировали дивизии внутренних войск. (Собственно, они и не отреагировали.) На всякий случай была организована поддержка с воздуха. – К счастью, она не потребовалась…. Командующий Московским военным округом генерал-полковник Артемьев, находившийся на командно-штабных учениях в Калинине, был оперативно смещен и заменен верным заговорщикам генералом Москаленко. Столь же стремительно и гладко прошла нейтрализация кремлевской охраны и другие оргзамены – министерский кабинет Берия занял его зам Круглов, а смещенного генпрокурора Сафонова сменил Руденко, сразу же взявшийся за следственные действия и легитимизацию антибериевского заговора.
Давно при этом известно, что не все шло так гладко. - Хотя арестованного Берия удалось быстро и без проблем вывезти из Кремля, первоначальное место его заточения – Алешкинские казармы – было признано небезопасным и уязвимым. Пришлось переместить арестанта на гауптвахту МВО…
Куда менее до сих пор известны и проанализированы проблемы формулированием обвинения, ходом и тактикой следствия, определением круга подельников и их арестами и проведением судебного процесса….
26 июня 1953 года. ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР.
УКАЗ «О преступных антигосударственных действиях Л.П. Берия»
Ввиду того, что за последнее время вскрыты преступные антигосударственные действия Л.П. Берия, направленные на подрыв Советского государства в интересах иностранного капитала, Президиум Верховного Совета СССР, рассмотрев сообщение Совета Министров СССР по этому вопросу, постановляет:
1. Лишить Л.П. Берия полномочий депутата Верховного Совета СССР.
2. Снять Л.П. Берия с поста первого заместителя Председателя Совета Министров СССР и с поста Министра внутренних дел СССР.
3. Лишить Л.П. Берия всех присвоенных ему званий, а также орденов, медалей и других почетных наград.
4. Дело о преступных действиях Л.П. Берия передать на рассмотрение Верховного Суда СССР.
Владимир Тольц: Вот так – передать в суд до следствия. (Уголовное дело, как мы знаем теперь, было возбуждено лишь 30 июня).
Из протокола №12 заседания Президиума ЦК от 29 июня 1953 г.
1. Ведение следствия по делу Берия поручить Генеральному прокурору СССР.
2. Обязать т.Руденко в суточный срок подобрать соответствующий следственный аппарат, доложив о персональном составе Президиуму ЦК КПСС, и немедленно приступить, с учетом данных на заседании Президиума ЦК указаний, к выявлению и расследованию фактов враждебной антипартийной и антигосударственной деятельности Берия через его окружение (Кобулов Б., Кобулов А., Мешик, Саркисов, Гоглидзе, Шария и др.), а также к расследованию вопросов, связанных со снятием т. Строкача
Владимир Тольц: Тимофей Строкач – бывший министр внутренних дел Украины, низведенный Берия после смерти Сталина до должности начальника Львовского облуправления МВД, настрочил уже 30-го на имя Маленкова, что Берия и его подручные собирают компромат на партноменклатуру, а Амаяк Кобулов, имя которого всплыло в протоколе Президиума ЦК (его расстреляли почти годом позже Берия), якобы говорил даже, что МВД ныне не будет в зависимости от парторганов.
Ну, а сам Лаврентий Павлович успел до начала следствия накатать несколько писем своим бывшим товарищам Маленкову, Хрущеву, Булганину, Молотову, умоляя о пощаде, каясь, напирая на свои заслуги… В ответ вчерашние товарищи распорядились отобрать у него карандаш, бумагу и пенсне…
Но в Кремле было не до его тюремных посланий. Нужно было срочно нейтрализовать наиболее близких Берия людей, которые могли организовать сопротивление. В течение суток, уже 27 июня арестовали 1-го зама Берия Богдана Кобулова и бывшего 1-го зам министра госбезопасности Союза (в бериевском «большом МВД» он возглавил 3-е управление) Сергея Гоглидзе, 30-го министров внутренних дел Украины и Грузии Павла Мешика и Владимира Деканозова. Двое остальных из расстрелянных под Рождество 1953-го – начальник следственной части МВД СССР Лев Влодзимирский (его арестовали лишь 17 июня) и министр госконтроля Всеволод Меркулов, оказавшийся в Бутырке 18 сентября, были в плане своих возможностей организации сопротивления кремлевским противникам Берия куда более ограничены, потому и арестованы не сразу. Хотя бывший министр госбезопасности СССР Меркулов был среди перечисленных здесь наиболее близким к Берия человеком. – Соавтор сочинения, подписанного именем Берия и автор воспевавшей Лаврентия брошюры – единственный из подельников, кто обращался к Берия на «ты». Что, впрочем, не помешало Всеволоду Николаевичу записаться в выступающие на открывшемся 2 июля по делу Берия пленуме ЦК. Выступить ему не дали. А вот другой давний товарищ Берия Мир Джафар Багиров – первый секретарь Компартии Азербайджана выступил и клеймил, как полагается («Берия — хамелеон, злейший враг нашей партии. Я его не смог раскусить»). Но это не помешало и его расстрелять как бериевского пособника. Правда, уже в 1956-м.
Вообще на этом пленуме все вчерашние товарищи и коллеги выступали довольно дружно. Но поскольку следствие еще не началось, они оперировали скорее эмоциями, а не фактами.
Из стенограммы:
Маленков: «Буржуазный перерожденец», «мразь», «авантюрист», «подлец», «негодяй», «продажная шкура»
Хрущев: «Он провокатор! Ух, это какой мерзавец!»
Круглов: «Матерый, хитрый и искусный враг пробрался в сердце нашей партии. Партия обезвредила опасную гадину. Хамство, наглость, грубость, унижение всякого человеческого достоинства — вот удел людей, которых судьба сводила для разговора с этим паразитом».
Каганович: : «Мы имеем дело с контрреволюционным, фашистским заговорщиком… Такую партию этому пигмею, клопу, конечно бы, не удалось подавить».
Владимир Тольц: Некоторые авторы уверяют, что среди ближайших сотрудников Берия послевоенного времени нашелся все же один человек, категорически отказавшийся поддержать хор его «друзей»-обличителей на Пленуме. Это – «отец» советской атомной бомбы академик Игорь Васильевич Курчатов.
Сразу после того, как Берия оказался в заточении начались аресты и тех, кто стал обвиняемыми по околобериевским процессам и был осужден и приговоре позднее. Через 3 дня после ареста Берия арестован замминистра внутренних дел Украины Соломон Мильштейн, ранее бывший большой шишкой в системе Гулага (Расстреляли в октябре 1954.) 27 июня арестовали замминистра МВД СССР Константина Савицкого, 12 августа – замначальника следственной части по ОВД бериевского «большого» МВД Георгия Парамонова, 25 сентября – бывшего министра ГБ Армении Никиту Кримяна. Все они вместе с арестованным по тому же делу Александром Хазаном были до войны следователями грузинского НКВД, замучившими там под руководством Берия не один десяток людей. Все они дали на него, его подельников и друг на друга обширные показания. Всех их казнили после процесса в Тбилиси в ноябре 1955…
Еще одна группа арестованных, чьи показания расценивались новоназначенным прокурором Руденко как чрезвычайно важные для предстоящих допросов Берия – ранее уже арестовывавшийся по «мегрельскому делу», но после смерти Сталина полностью реабилитированный и ставший помощником Берия по Совмину Петр Шария (приговорен в сентябре 1954 к 10 годам во Владимирской тюрьме), зав.отделом в ЦК КП Грузии Степан Мамулов (15 лет заключения во Владимирке), Борис Людвигов – начальник секретариата Берия в МВД (15 лет во Владимирке, но помилован и освобожден в 1965), Григорий Ордынцев – начальник секретариата Берия в Совете Министров (в 1954 приговорен к 8 годам ссылки, освободился в 1959) и личный секретарь Берия полковник Федор Муханов, арестованный за «недонесение».
А еще летом 1953-го последовали аресты «спецконтингента» - бывших нелегалов, занимавшихся шпионажем и террористическими акциями за рубежом. Среди них нужно назвать прежде всего руководителей операции по убийству Троцкого Наума Эйтингона и Павла Судоплатова. Эйтингона уже арестовывали в 1951 по «делу о сионистском заговоре в МГБ», но после смерти Сталина освободили, реабилитировали, и Берия назначил его начальником отдела в новом МВД. В 1957 ему дали 12 лет. Освободился лишь в 1963. Судоплатова же арестовали 21 августа 1953 и он вышел из Владимирской тюрьмы, где симулировал сумасшествие(С трудом веритса?), ровно через 15 лет, 21 августа 1968, в день когда советские танки вошли в Чехословакию.
Из приговора Военной коллегии Верховного суда СССР от 12 сентября 1958:
Специальная лаборатория, созданная для производства опытов по проверке действия ядов на живом человеке, работала под наблюдением Судоплатова и его заместителя Эйтингона с 1942 по 1946 год, которые от работников лаборатории требовали ядов, только проверенных на людях. После ликвидации спецлаборатории по поручению Судоплатова испытание нового препарата с ядом несколько раз производили на живых людях.
Владимир Тольц: Нельзя не упомянуть и еще одного «гроссмейстера» спецопераций - Якова Серебрянского, арестованного в конце июля 1953. До этого, его, бывшего эсера, прославившегося дерзким похищением в Париже белогвардейского генерала Кутепова, арестовывали дважды - в 1921 и в 1941. Но всякий раз освобождали и амнистировали. Власти нужны были специалисты тайных убийств!.. Но в этот раз выйти на свободу не удалось: Яков Исаакович умер в Бутырке на допросе…
И еще, хотя бы коротко, об одной группе арестованных, допросы которых начались еще до первого допроса Берия. Это его и других обвиняемых родственники. Лишь один список, родственников казненных 23 декабря 1953 г. включает в себя 35 имен и фамилий Там и престарелая мать, сестра, муж сестры Берия, жены и дети остальных шести казненных. Всех не только допросили, но и выслали из Грузии и столиц. Понятное дело, арестовали и сына, и жену самого Лаврентия. 29 июня она написала бывшим друзьям своего мужа – Маленкову, Хрущеву, Ворошилову, Молотову, Кагановичу:
26 числа этого месяца забрали моего сына [Сергея] со своей семьей (двое детей 5 и 2,5 лет и жена 7-месячной беременности) и я не знаю, где они. Не знаю я и то, что случилось с Лаврентием Берия, женой которого я [являюсь] больше 30-ти лет. <…> Поэтому прошу вызвать меня и поговорить со мною хоть несколько минут. Я могу, может быть, внести ясность в кое-какие события, компрометирующие его. Долго остаться в таком состоянии и неведении я не могу!
Если Лаврентий Берия совершил уже непоправимую ошибку, чем нанес ущерб Советской стране, и его судьба предрешена, дайте мне возможность разделить его судьбу, какой бы она не была.
Прошу вас только об одном. Пощадите моего сына.
Владимир Тольц: Лишенный наград, научных степеней и званий, признавший на допросах, что диссертации его в значительной степени – плод трудов заключенных из «шарашки» Сергей Берия после полутора лет тюрьмы был вместе с матерью сослан в Свердловск…
***
Первый допрос Лаврентия Берия состоялся лишь почти через 2 недели после ареста. Его вел генпрокурор Руденко. Выдержки из протокола:
«Вопрос: Вы арестованы за антисоветскую заговорщескую деятельность против Партии и Советского государства. Намерены ли Вы рассказать следствию о своей преступной деятельности?
Берия: Это я категорически отрицаю».
Владимир Тольц: Руденко начал издалека: со службы Берия в муссаватистской контрразведке, связанной, как считало следствие, с англичанами. Берия парировал:
Вопрос о работе в контрразведке поднимался Каминским в 1937 году в ЦК партии, и это обвинение против меня было признано необоснованным. Также поднимался этот вопрос и в 1938 году в ЦК партии, и также это обвинение не нашло подтверждения. <…>
Вопрос: В своих показаниях Шария утверждает, что за последнее время с вашей стороны были заметны бонапартистские, диктаторские замашки. Правильно это?
Ответ: Это абсолютная неправда!. Я не могу никак объяснить, почему Шария так говорит. Личных счетов у меня с Шария нет.
Владимир Тольц: Но кое-что на этом допросе, как и на следующих, Берия постепенно признавал. В основном эпизоды и деяния, которые не могли повлечь в качестве наказания «высшей меры».
Вопрос: Признаете ли вы свое преступно моральное разложение?
Ответ: Есть немного. В этом я виноват.
Вопрос: Вы знаете Саркисова? Это ваше доверенное лицо?
Ответ: Да.
Вопрос: В своих показаниях Саркисов говорит, что он в основном выполнял роль сводника. Так ли это?
Ответ: Кое-что делал. Этого не буду отрицать.
Владимир Тольц: И потом во многих допросах тот же сюжет с вариациями – «про венерическое заболевание», про любовниц на разных этапах жизненного пути, про «насиловал- не насиловал»…
Но были вещи и пострашнее. На одном из допросов Берия предъявили показания руководителя токсикологической лаборатории НКВД-МГБ Григория Майрановского, в 1951 арестованного по делу «о сионистском заговоре в МГБ» и в феврале 1953 приговоренного к десяти годам лишения свободы за незаконное хранение ядов и злоупотребление служебным положением:
Во время моих опытов по применению ядов, которые я испытывал над осужденными к В[ысшей] М[ере] Н[аказания] <…>, я столкнулся с тем, что некоторые из ядов могут быть использованы для выявления так называемой «откровенности» у подследственных лиц. Этими веществами оказались хлораль-скополамин и фенамин-бензедрин (кола-с).
При употреблении хлораль-скополамина (КС) я обратил внимание, что, во-первых, дозы его, указанные в фармакопее как смертельные, в действительности не являются таковыми. Это мной было проверено многократно на многих субъектах. Кроме того, я заметил ошеломляющее действие на человека после применения КС, которое держится примерно в среднем около суток. В тот момент, когда начинает проходить полное ошеломление и начинают проявляться проблески сознания, то в это же время тормозные функции коры головного мозга еще отсутствуют. При проведении в это время метода рефлексологии (толчки, щипки, обливание водой) у испытуемого можно выявить ряд односложных ответов на коротко поставленные вопросы.
При применении «кола-с» у испытуемого появляется сильное возбужденное состояние коры головного мозга, длительная бессонница в течение нескольких суток в зависимости от дозы. Появляется неудержимая потребность высказаться.
Эти данные навели меня на мысль об использовании этих веществ при проведении следствия для получения так называемой «откровенности» у подследственных лиц…
…Для этой цели Федотовым были выделены пять следователей, фамилии которых я не помню (один из них как будто был Козырев), а также подследственные трех родов: сознавшиеся, не сознавшиеся и частично сознавшиеся. Над ними и проводились мною опыты вместе со следователями. Вкратце меня следователи информировали об обстоятельствах дела и о тех вопросах, которые интересовали следствие…
Владимир Тольц: Когда эти показания огласили Берия, он возмутился:
«Это чудовищное преступление, но я об этом первый раз слышу».
Владимир Тольц: Он о многом услышал на следствии, да и на суде якобы впервые. О фальсификации следственных дел и истязании подследственных, в которых принимали участие его подельники и он сам, о тайных убийствах и бессудных расправах… Ну, и много абсурдного и бездоказательного, тоже. Например, что он – английский шпион. Или то, что он пытался подорвать советское сельское хозяйство. Многое он до конца отрицал. Другое пытался свалить на подельников:
Мне вспоминается, что говоря со мной о деле Мерецкова, Ванникова и других, Меркулов преподносил его с позиций своих достижений, что он раскрыл подпольное правительство, чуть ли не Гитлером организованное. Я считаю, что основным виновником в фабрикации этого дела является Меркулов, и он должен целиком нести за это ответственность.
Владимир Тольц: Это из протокола допроса Берия от 7 октября 1953 г. Кстати, до сих пор не опубликованного. Как говорят мне архивисты, наверное, до сих пор не рассекретили. Однако, о «секрете» дела Мерецкова еще Хрущев в своих мемуарах поведал:
Берия, еще при жизни Сталина рассказывал об истории ареста Мерецкова и ставил его освобождение себе в заслугу. «Я пришел к товарищу Сталину и говорю: «Товарищ Сталин, Мерецков сидит как английский шпион. Какой он шпион? Он честный человек. Война идет, а он сидит. Мог бы командовать.» <…> И вот, - продолжает Берия,- Сталин сказал: «Верно, вызовите Мерецкова и поговорите с ним.» Я вызвал его и говорю: «Мерецков, ты же глупости написал, ты не шпион. Ты честный человек, ты русский человек». Мерецков смотрит на меня и отвечает: «Я все сказал. Я собственноручно написал, что я английский шпион. Больше добавить ничего не могу.» <…> [Берия:] «Ступай в камеру, посиди еще, подумай, поспи, я тебя вызову». <…>Потом, на второй день я вызвал Мерецкова и спрашиваю: «Ну, что, подумал?» Он стал плакать: «Как я мог быть шпионом? Я русский человек, люблю свой народ». Его выпустили из тюрьмы, одели в генеральскую форму, и он пошел командовать на фронт.
Владимир Тольц: Но никакие «заслуги» уже не могли спасти Берия и сдавших его подельников. Все они были обречены…
***
Об их казни на Западе написал все серьезные газеты. Но внимания она в ту пору привлекла куда меньше, чем сообщения об аресте Берия. Все-таки Рождество. Не до того… А кроме того были и свои новости, куда больше укладывавшиеся в привычный «рождественский формат». Например, визит британской королевы в Новую Зеландию и грандиозная железнодорожная катастрофа, случившаяся в той далекой стране. Да и русскоязычные газеты под западное Рождество были заняты там другим. Одна из новостей тех дней - рождение наследницы Российского императорского дома Марии Владимировны…
У нас нет документов, подтверждающих гипотезу, что расстрел Берия был специально приурочен к Рождеству, чтобы снизить от нее резонанс за границей. Скорее уж, к Новому году. – Нормальный советский стереотип: завершить дело к праздникам и отчитаться. И отметить это.
Моя покойная уже ныне коллега, служившая в первой половине 1950-х в британском посольстве в Москве, рассказывала, как поразили ее и ее сослуживцев своей небывалой дотоле свободой, раскованностью и ликованием кремлевские приемы, начиная с новогоднего 1954-го. В Кремле праздновали свою победу и избавление от страха. Мало кто из ликующих победителей знал тогда, что это – лишь завершение первого раунда. А в следующих жертвами падут многие из победителей Берия, радостно поднимавших бокалы в новогоднюю ночь , через неделю после его казни.
Оказавшись в начале 1980-х на Западе, где Рождество отмечалось повсеместно и, в сравнении с нынешними политкорректными временами, куда более пышно, я задумался, почему в СССР – государстве атеистическом, казнь приурочили к кануну рождественских праздников на Западе? Хотели, чтобы иноземное общественное внимание, сосредоточенное на предстоящих торжествах, не особенно привлекалось к ней? Или это просто совпадение? Или еще вот: как сформировали «компанию» него подельников, которых казнили в тот же день? Ведь многих других приговаривали уже в следующем году?… И это – лишь часть вопросов, на которые мы попытаемся найти ответы сегодня – ровно 59 лет спустя после расстрела в канун Рождества 1953 года одного из советских вождей Лаврентия Берия и шести его приближенных….
Итак, казни под Рождество. 59 лет спустя.
Теперь, кажется, уже всем интересующимся прошлым ясно, почему Берия так боялись его собратья по партийному ареопагу. И почему, если он был действительно столь могущественным, как им представлялось, его, после смерти Сталина, удалось уничтожить первым. Еще 16 лет назад, обсуждая в одной из программ Свободы эти вопросы исследователь истории государственной власти в СССР профессор Рудольф Пихоя объяснял мне:
Рудольф Пихоя: Почему они его боялись? - Я думаю, что они его боялись не только потому, что он осуществлял вот этот тотальный контроль,- о степени этого тотального контроля мы можем судить по тому, как его арестовали. Этого тотального контроля в этот момент, очевидно, он не мог уже осуществлять.
Другое дело - по каким причинам? У Берии был очень серьезный недостаток для партийно-государственного деятеля Советского Союза - у него была масса идей в этот момент.
Он вмешивается во внутреннюю политику. Он активно занимается внешней политикой, он лезет в межнациональные отношения ...
И в этом смысле он становится неудобным всем.
Во-вторых, ну, не надо скидывать со счетов то, что он руководитель этой колоссальной информационной системы, которая называлась МВД, плюс еще и МГБ. Берии не забыли то, что он поручил своему архивному ведомству заняться сбором материалов о деятельности Маленкова, в том числе деятельности, связанной с репрессиями. Берию боялись из-за того, что он, располагая информацией, реально мог взорвать тогдашний Президиум ЦК.
А вот почему его арестовали первым? Потому что в этом "кружке друзей " под названием Президиум ЦК отношения были всегда достаточно напряженные, и вот эта полоса нескончаемых кризисов, которые шли от 1953-го года, закончились в конце концов Октябрьским Пленумом 1964 года, свидетельствовала, что это всегда был "террариум друзей".
Но Берия в этой ситуации был самым слабым звеном среди всего высшего партийно-государственного руководства. Это может прозвучать несколько неожиданно, но я хочу обратить ваше внимание на то, что Берия перешел в Министерство внутренних дел через 8 лет после того, как он работал в этом ведомстве. После 1945 года он вернулся в 1953-м году. Сменились люди, сменилась обстановка, у него уже не было того механизма контроля, который был раньше.
Кроме того, Берия объединил МВД и МГБ. Формально это усиливало МВД и МГБ, но это притащило туда все противоречия, которые накопились за годы самостоятельного существования МВД и МГБ. К тому времени эти ведомства самостоятельно существовали 10 лет и, скажем так, жили между собой весьма сложно, а временами просто находились в открытой конфронтации. То есть его окоп - его Министерство внутренних дел был не слишком глубоким и не слишком защищенным. Кроме этого, у Берия, конечно, не было поддержки в партийном аппарате, в государственном аппарате его боялись. Все эти обстоятельства делали Берию в качестве фигуры весьма уязвимой.
Владимир Тольц: Ныне, когда нам стали доступны многие из документов, которые некогда мог видеть лишь бывший главный архивист России профессор Рудольф Пихоя, можно попытаться уточнить: дело не в том, что «окоп Берия» - объединенное МВД оказался ослабленным внутренними противоречиями чекистов и ментов между собой. Судя по документам, арест Берия оказался блестящей военной операцией, в результате которой армейские переиграли эмведешников. Впрочем, как теперь ясно из рассекреченных материалов следствия, последние и не оказали никакого сопротивления и довольно скоро и безо всяких привычных для них пыток, мастерами которых многие из них были, стали сдавать своего арестованного шефа «по полной». А если бы сила была за ними, они столь же рьяно расправлялись бы и с теми, кто решился на антибериевский заговор. Так что воинская операция была не напрасной!
Несмотря на значительное расстояние, танковые полки Кантемировской и Таманской дивизий смогли быстро и тайно добраться до столицы и занять там ключевые позиции раньше, чем отреагировали дивизии внутренних войск. (Собственно, они и не отреагировали.) На всякий случай была организована поддержка с воздуха. – К счастью, она не потребовалась…. Командующий Московским военным округом генерал-полковник Артемьев, находившийся на командно-штабных учениях в Калинине, был оперативно смещен и заменен верным заговорщикам генералом Москаленко. Столь же стремительно и гладко прошла нейтрализация кремлевской охраны и другие оргзамены – министерский кабинет Берия занял его зам Круглов, а смещенного генпрокурора Сафонова сменил Руденко, сразу же взявшийся за следственные действия и легитимизацию антибериевского заговора.
Давно при этом известно, что не все шло так гладко. - Хотя арестованного Берия удалось быстро и без проблем вывезти из Кремля, первоначальное место его заточения – Алешкинские казармы – было признано небезопасным и уязвимым. Пришлось переместить арестанта на гауптвахту МВО…
Куда менее до сих пор известны и проанализированы проблемы формулированием обвинения, ходом и тактикой следствия, определением круга подельников и их арестами и проведением судебного процесса….
26 июня 1953 года. ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР.
УКАЗ «О преступных антигосударственных действиях Л.П. Берия»
Ввиду того, что за последнее время вскрыты преступные антигосударственные действия Л.П. Берия, направленные на подрыв Советского государства в интересах иностранного капитала, Президиум Верховного Совета СССР, рассмотрев сообщение Совета Министров СССР по этому вопросу, постановляет:
1. Лишить Л.П. Берия полномочий депутата Верховного Совета СССР.
2. Снять Л.П. Берия с поста первого заместителя Председателя Совета Министров СССР и с поста Министра внутренних дел СССР.
3. Лишить Л.П. Берия всех присвоенных ему званий, а также орденов, медалей и других почетных наград.
4. Дело о преступных действиях Л.П. Берия передать на рассмотрение Верховного Суда СССР.
Владимир Тольц: Вот так – передать в суд до следствия. (Уголовное дело, как мы знаем теперь, было возбуждено лишь 30 июня).
Из протокола №12 заседания Президиума ЦК от 29 июня 1953 г.
1. Ведение следствия по делу Берия поручить Генеральному прокурору СССР.
2. Обязать т.Руденко в суточный срок подобрать соответствующий следственный аппарат, доложив о персональном составе Президиуму ЦК КПСС, и немедленно приступить, с учетом данных на заседании Президиума ЦК указаний, к выявлению и расследованию фактов враждебной антипартийной и антигосударственной деятельности Берия через его окружение (Кобулов Б., Кобулов А., Мешик, Саркисов, Гоглидзе, Шария и др.), а также к расследованию вопросов, связанных со снятием т. Строкача
Владимир Тольц: Тимофей Строкач – бывший министр внутренних дел Украины, низведенный Берия после смерти Сталина до должности начальника Львовского облуправления МВД, настрочил уже 30-го на имя Маленкова, что Берия и его подручные собирают компромат на партноменклатуру, а Амаяк Кобулов, имя которого всплыло в протоколе Президиума ЦК (его расстреляли почти годом позже Берия), якобы говорил даже, что МВД ныне не будет в зависимости от парторганов.
Ну, а сам Лаврентий Павлович успел до начала следствия накатать несколько писем своим бывшим товарищам Маленкову, Хрущеву, Булганину, Молотову, умоляя о пощаде, каясь, напирая на свои заслуги… В ответ вчерашние товарищи распорядились отобрать у него карандаш, бумагу и пенсне…
Но в Кремле было не до его тюремных посланий. Нужно было срочно нейтрализовать наиболее близких Берия людей, которые могли организовать сопротивление. В течение суток, уже 27 июня арестовали 1-го зама Берия Богдана Кобулова и бывшего 1-го зам министра госбезопасности Союза (в бериевском «большом МВД» он возглавил 3-е управление) Сергея Гоглидзе, 30-го министров внутренних дел Украины и Грузии Павла Мешика и Владимира Деканозова. Двое остальных из расстрелянных под Рождество 1953-го – начальник следственной части МВД СССР Лев Влодзимирский (его арестовали лишь 17 июня) и министр госконтроля Всеволод Меркулов, оказавшийся в Бутырке 18 сентября, были в плане своих возможностей организации сопротивления кремлевским противникам Берия куда более ограничены, потому и арестованы не сразу. Хотя бывший министр госбезопасности СССР Меркулов был среди перечисленных здесь наиболее близким к Берия человеком. – Соавтор сочинения, подписанного именем Берия и автор воспевавшей Лаврентия брошюры – единственный из подельников, кто обращался к Берия на «ты». Что, впрочем, не помешало Всеволоду Николаевичу записаться в выступающие на открывшемся 2 июля по делу Берия пленуме ЦК. Выступить ему не дали. А вот другой давний товарищ Берия Мир Джафар Багиров – первый секретарь Компартии Азербайджана выступил и клеймил, как полагается («Берия — хамелеон, злейший враг нашей партии. Я его не смог раскусить»). Но это не помешало и его расстрелять как бериевского пособника. Правда, уже в 1956-м.
Вообще на этом пленуме все вчерашние товарищи и коллеги выступали довольно дружно. Но поскольку следствие еще не началось, они оперировали скорее эмоциями, а не фактами.
Из стенограммы:
Маленков: «Буржуазный перерожденец», «мразь», «авантюрист», «подлец», «негодяй», «продажная шкура»
Хрущев: «Он провокатор! Ух, это какой мерзавец!»
Круглов: «Матерый, хитрый и искусный враг пробрался в сердце нашей партии. Партия обезвредила опасную гадину. Хамство, наглость, грубость, унижение всякого человеческого достоинства — вот удел людей, которых судьба сводила для разговора с этим паразитом».
Каганович: : «Мы имеем дело с контрреволюционным, фашистским заговорщиком… Такую партию этому пигмею, клопу, конечно бы, не удалось подавить».
Владимир Тольц: Некоторые авторы уверяют, что среди ближайших сотрудников Берия послевоенного времени нашелся все же один человек, категорически отказавшийся поддержать хор его «друзей»-обличителей на Пленуме. Это – «отец» советской атомной бомбы академик Игорь Васильевич Курчатов.
Сразу после того, как Берия оказался в заточении начались аресты и тех, кто стал обвиняемыми по околобериевским процессам и был осужден и приговоре позднее. Через 3 дня после ареста Берия арестован замминистра внутренних дел Украины Соломон Мильштейн, ранее бывший большой шишкой в системе Гулага (Расстреляли в октябре 1954.) 27 июня арестовали замминистра МВД СССР Константина Савицкого, 12 августа – замначальника следственной части по ОВД бериевского «большого» МВД Георгия Парамонова, 25 сентября – бывшего министра ГБ Армении Никиту Кримяна. Все они вместе с арестованным по тому же делу Александром Хазаном были до войны следователями грузинского НКВД, замучившими там под руководством Берия не один десяток людей. Все они дали на него, его подельников и друг на друга обширные показания. Всех их казнили после процесса в Тбилиси в ноябре 1955…
Еще одна группа арестованных, чьи показания расценивались новоназначенным прокурором Руденко как чрезвычайно важные для предстоящих допросов Берия – ранее уже арестовывавшийся по «мегрельскому делу», но после смерти Сталина полностью реабилитированный и ставший помощником Берия по Совмину Петр Шария (приговорен в сентябре 1954 к 10 годам во Владимирской тюрьме), зав.отделом в ЦК КП Грузии Степан Мамулов (15 лет заключения во Владимирке), Борис Людвигов – начальник секретариата Берия в МВД (15 лет во Владимирке, но помилован и освобожден в 1965), Григорий Ордынцев – начальник секретариата Берия в Совете Министров (в 1954 приговорен к 8 годам ссылки, освободился в 1959) и личный секретарь Берия полковник Федор Муханов, арестованный за «недонесение».
А еще летом 1953-го последовали аресты «спецконтингента» - бывших нелегалов, занимавшихся шпионажем и террористическими акциями за рубежом. Среди них нужно назвать прежде всего руководителей операции по убийству Троцкого Наума Эйтингона и Павла Судоплатова. Эйтингона уже арестовывали в 1951 по «делу о сионистском заговоре в МГБ», но после смерти Сталина освободили, реабилитировали, и Берия назначил его начальником отдела в новом МВД. В 1957 ему дали 12 лет. Освободился лишь в 1963. Судоплатова же арестовали 21 августа 1953 и он вышел из Владимирской тюрьмы, где симулировал сумасшествие(С трудом веритса?), ровно через 15 лет, 21 августа 1968, в день когда советские танки вошли в Чехословакию.
Из приговора Военной коллегии Верховного суда СССР от 12 сентября 1958:
Специальная лаборатория, созданная для производства опытов по проверке действия ядов на живом человеке, работала под наблюдением Судоплатова и его заместителя Эйтингона с 1942 по 1946 год, которые от работников лаборатории требовали ядов, только проверенных на людях. После ликвидации спецлаборатории по поручению Судоплатова испытание нового препарата с ядом несколько раз производили на живых людях.
Владимир Тольц: Нельзя не упомянуть и еще одного «гроссмейстера» спецопераций - Якова Серебрянского, арестованного в конце июля 1953. До этого, его, бывшего эсера, прославившегося дерзким похищением в Париже белогвардейского генерала Кутепова, арестовывали дважды - в 1921 и в 1941. Но всякий раз освобождали и амнистировали. Власти нужны были специалисты тайных убийств!.. Но в этот раз выйти на свободу не удалось: Яков Исаакович умер в Бутырке на допросе…
И еще, хотя бы коротко, об одной группе арестованных, допросы которых начались еще до первого допроса Берия. Это его и других обвиняемых родственники. Лишь один список, родственников казненных 23 декабря 1953 г. включает в себя 35 имен и фамилий Там и престарелая мать, сестра, муж сестры Берия, жены и дети остальных шести казненных. Всех не только допросили, но и выслали из Грузии и столиц. Понятное дело, арестовали и сына, и жену самого Лаврентия. 29 июня она написала бывшим друзьям своего мужа – Маленкову, Хрущеву, Ворошилову, Молотову, Кагановичу:
26 числа этого месяца забрали моего сына [Сергея] со своей семьей (двое детей 5 и 2,5 лет и жена 7-месячной беременности) и я не знаю, где они. Не знаю я и то, что случилось с Лаврентием Берия, женой которого я [являюсь] больше 30-ти лет. <…> Поэтому прошу вызвать меня и поговорить со мною хоть несколько минут. Я могу, может быть, внести ясность в кое-какие события, компрометирующие его. Долго остаться в таком состоянии и неведении я не могу!
Если Лаврентий Берия совершил уже непоправимую ошибку, чем нанес ущерб Советской стране, и его судьба предрешена, дайте мне возможность разделить его судьбу, какой бы она не была.
Прошу вас только об одном. Пощадите моего сына.
Владимир Тольц: Лишенный наград, научных степеней и званий, признавший на допросах, что диссертации его в значительной степени – плод трудов заключенных из «шарашки» Сергей Берия после полутора лет тюрьмы был вместе с матерью сослан в Свердловск…
***
Первый допрос Лаврентия Берия состоялся лишь почти через 2 недели после ареста. Его вел генпрокурор Руденко. Выдержки из протокола:
«Вопрос: Вы арестованы за антисоветскую заговорщескую деятельность против Партии и Советского государства. Намерены ли Вы рассказать следствию о своей преступной деятельности?
Берия: Это я категорически отрицаю».
Владимир Тольц: Руденко начал издалека: со службы Берия в муссаватистской контрразведке, связанной, как считало следствие, с англичанами. Берия парировал:
Вопрос о работе в контрразведке поднимался Каминским в 1937 году в ЦК партии, и это обвинение против меня было признано необоснованным. Также поднимался этот вопрос и в 1938 году в ЦК партии, и также это обвинение не нашло подтверждения. <…>
Вопрос: В своих показаниях Шария утверждает, что за последнее время с вашей стороны были заметны бонапартистские, диктаторские замашки. Правильно это?
Ответ: Это абсолютная неправда!. Я не могу никак объяснить, почему Шария так говорит. Личных счетов у меня с Шария нет.
Владимир Тольц: Но кое-что на этом допросе, как и на следующих, Берия постепенно признавал. В основном эпизоды и деяния, которые не могли повлечь в качестве наказания «высшей меры».
Вопрос: Признаете ли вы свое преступно моральное разложение?
Ответ: Есть немного. В этом я виноват.
Вопрос: Вы знаете Саркисова? Это ваше доверенное лицо?
Ответ: Да.
Вопрос: В своих показаниях Саркисов говорит, что он в основном выполнял роль сводника. Так ли это?
Ответ: Кое-что делал. Этого не буду отрицать.
Владимир Тольц: И потом во многих допросах тот же сюжет с вариациями – «про венерическое заболевание», про любовниц на разных этапах жизненного пути, про «насиловал- не насиловал»…
Но были вещи и пострашнее. На одном из допросов Берия предъявили показания руководителя токсикологической лаборатории НКВД-МГБ Григория Майрановского, в 1951 арестованного по делу «о сионистском заговоре в МГБ» и в феврале 1953 приговоренного к десяти годам лишения свободы за незаконное хранение ядов и злоупотребление служебным положением:
Во время моих опытов по применению ядов, которые я испытывал над осужденными к В[ысшей] М[ере] Н[аказания] <…>, я столкнулся с тем, что некоторые из ядов могут быть использованы для выявления так называемой «откровенности» у подследственных лиц. Этими веществами оказались хлораль-скополамин и фенамин-бензедрин (кола-с).
При употреблении хлораль-скополамина (КС) я обратил внимание, что, во-первых, дозы его, указанные в фармакопее как смертельные, в действительности не являются таковыми. Это мной было проверено многократно на многих субъектах. Кроме того, я заметил ошеломляющее действие на человека после применения КС, которое держится примерно в среднем около суток. В тот момент, когда начинает проходить полное ошеломление и начинают проявляться проблески сознания, то в это же время тормозные функции коры головного мозга еще отсутствуют. При проведении в это время метода рефлексологии (толчки, щипки, обливание водой) у испытуемого можно выявить ряд односложных ответов на коротко поставленные вопросы.
При применении «кола-с» у испытуемого появляется сильное возбужденное состояние коры головного мозга, длительная бессонница в течение нескольких суток в зависимости от дозы. Появляется неудержимая потребность высказаться.
Эти данные навели меня на мысль об использовании этих веществ при проведении следствия для получения так называемой «откровенности» у подследственных лиц…
…Для этой цели Федотовым были выделены пять следователей, фамилии которых я не помню (один из них как будто был Козырев), а также подследственные трех родов: сознавшиеся, не сознавшиеся и частично сознавшиеся. Над ними и проводились мною опыты вместе со следователями. Вкратце меня следователи информировали об обстоятельствах дела и о тех вопросах, которые интересовали следствие…
Владимир Тольц: Когда эти показания огласили Берия, он возмутился:
«Это чудовищное преступление, но я об этом первый раз слышу».
Владимир Тольц: Он о многом услышал на следствии, да и на суде якобы впервые. О фальсификации следственных дел и истязании подследственных, в которых принимали участие его подельники и он сам, о тайных убийствах и бессудных расправах… Ну, и много абсурдного и бездоказательного, тоже. Например, что он – английский шпион. Или то, что он пытался подорвать советское сельское хозяйство. Многое он до конца отрицал. Другое пытался свалить на подельников:
Мне вспоминается, что говоря со мной о деле Мерецкова, Ванникова и других, Меркулов преподносил его с позиций своих достижений, что он раскрыл подпольное правительство, чуть ли не Гитлером организованное. Я считаю, что основным виновником в фабрикации этого дела является Меркулов, и он должен целиком нести за это ответственность.
Владимир Тольц: Это из протокола допроса Берия от 7 октября 1953 г. Кстати, до сих пор не опубликованного. Как говорят мне архивисты, наверное, до сих пор не рассекретили. Однако, о «секрете» дела Мерецкова еще Хрущев в своих мемуарах поведал:
Берия, еще при жизни Сталина рассказывал об истории ареста Мерецкова и ставил его освобождение себе в заслугу. «Я пришел к товарищу Сталину и говорю: «Товарищ Сталин, Мерецков сидит как английский шпион. Какой он шпион? Он честный человек. Война идет, а он сидит. Мог бы командовать.» <…> И вот, - продолжает Берия,- Сталин сказал: «Верно, вызовите Мерецкова и поговорите с ним.» Я вызвал его и говорю: «Мерецков, ты же глупости написал, ты не шпион. Ты честный человек, ты русский человек». Мерецков смотрит на меня и отвечает: «Я все сказал. Я собственноручно написал, что я английский шпион. Больше добавить ничего не могу.» <…> [Берия:] «Ступай в камеру, посиди еще, подумай, поспи, я тебя вызову». <…>Потом, на второй день я вызвал Мерецкова и спрашиваю: «Ну, что, подумал?» Он стал плакать: «Как я мог быть шпионом? Я русский человек, люблю свой народ». Его выпустили из тюрьмы, одели в генеральскую форму, и он пошел командовать на фронт.
Владимир Тольц: Но никакие «заслуги» уже не могли спасти Берия и сдавших его подельников. Все они были обречены…
***
Об их казни на Западе написал все серьезные газеты. Но внимания она в ту пору привлекла куда меньше, чем сообщения об аресте Берия. Все-таки Рождество. Не до того… А кроме того были и свои новости, куда больше укладывавшиеся в привычный «рождественский формат». Например, визит британской королевы в Новую Зеландию и грандиозная железнодорожная катастрофа, случившаяся в той далекой стране. Да и русскоязычные газеты под западное Рождество были заняты там другим. Одна из новостей тех дней - рождение наследницы Российского императорского дома Марии Владимировны…
У нас нет документов, подтверждающих гипотезу, что расстрел Берия был специально приурочен к Рождеству, чтобы снизить от нее резонанс за границей. Скорее уж, к Новому году. – Нормальный советский стереотип: завершить дело к праздникам и отчитаться. И отметить это.
Моя покойная уже ныне коллега, служившая в первой половине 1950-х в британском посольстве в Москве, рассказывала, как поразили ее и ее сослуживцев своей небывалой дотоле свободой, раскованностью и ликованием кремлевские приемы, начиная с новогоднего 1954-го. В Кремле праздновали свою победу и избавление от страха. Мало кто из ликующих победителей знал тогда, что это – лишь завершение первого раунда. А в следующих жертвами падут многие из победителей Берия, радостно поднимавших бокалы в новогоднюю ночь , через неделю после его казни.
Чтобы задать вопрос или оставить комментарий
не забудьте войти на сайт.
Комментировать материал без премодерации можно на нашей странице в Facebook
2012 m. gruodžio 21 d., penktadienis
STRAIBATO EILINIUI Visai nejuokinga
Veidaknygė
provokuoja... "Ką galvoji?" - klausia. O aš vis galvoju apie du žmones
Viktorą Uspaskich ir Dalią Grybauskaitę. Du "disidentus", sutrenkusius
paskutinius šiemet politinius šou. Jiedu galėtų būti nupaišyti ant
vienos kortos, kuri vadinasi "Jokeris". Vienas - iš Rusijos "glubinkos",
pagal paskutinę biografijos versiją, iš
tremtinių. Kita kovojusi "mažą karą" Burokevičiaus būstinėje, kad jis
tos būstinės kartais nesusidėtų į traukinį ir neišvežtų į Maskvą. Abiem
negalioja bendros taisyklės.
Rusijoje, tikrinti Viktoro "šaknų" nebuvau, bet turiu tokį dokumentą, kuriame sudėliotas visas vaikinuko kelias iš tos "glubinkos" į "Gazprom" būstinę, kuriame Viktoriui, kaip ten rašoma, asistavo ir Rusijos spec. tarnybos, ir Ukrainos banditai.
Kas dėl kitos, tai praėjusią savaitę praleidau archyve ir surinkau dokumentus apie Dalios "mažąjį karą" iš gerokai praplėšytų bylų. Tenka konstatuoti, kad bylų revizija atlikta nekruopščiai, todėl pėdsakų liko apsčiai. Net ir tas paskutinis apie 140 rublių premiją iš sausio 13 perversmininko Lazutkos rankų. Iš tiesų stebina Grybauskaitės atmestinas požiūris į mūsų (ne Miliūtės) teisę žinoti
Rusijoje, tikrinti Viktoro "šaknų" nebuvau, bet turiu tokį dokumentą, kuriame sudėliotas visas vaikinuko kelias iš tos "glubinkos" į "Gazprom" būstinę, kuriame Viktoriui, kaip ten rašoma, asistavo ir Rusijos spec. tarnybos, ir Ukrainos banditai.
Kas dėl kitos, tai praėjusią savaitę praleidau archyve ir surinkau dokumentus apie Dalios "mažąjį karą" iš gerokai praplėšytų bylų. Tenka konstatuoti, kad bylų revizija atlikta nekruopščiai, todėl pėdsakų liko apsčiai. Net ir tas paskutinis apie 140 rublių premiją iš sausio 13 perversmininko Lazutkos rankų. Iš tiesų stebina Grybauskaitės atmestinas požiūris į mūsų (ne Miliūtės) teisę žinoti
Jos jau tokios
Raimond Gitenio
2012 Gruod. 4 - Ribotas
DRASIUJŲ KELIAI
Hans
Kloss trailer parody. Wykorzystany materiał: Stawka większa niż życie,
Poszukiwacze zaginionej Arki, John Rambo, Valkyrie... Materiał nie
został zmontow...
II
Mergina Agatha
ir jos merginos
1904-1914
Pirmųjų romanų
veikėjos
Ketvirto romano Žmogus rudu
kostiumu Pasakotoja –
nuotykių
ieškanti jauna moteris;
detektyvinio
romano intriga – pasakojimas apie susitikimą su busimuoju vyru
pradedamas šitaip:
„Aš,Ana
Bedingfeld, papasakosiu jums
apie savo nuotykius. Visuomet
jų ilgėjausi, bet mano gyvenimas buvo slogus ir monotoniškas“.
Archeologo, besižavinčio tik nendartaliečiais, duktė lavinosi
skaitydama romantišką literatūrą ir svajodama:“musų
kaimo biblioteka buvo sausakimša iki draiskanų suskaitytų nuotikių
knygų. Taigi išgyvenau padėvetus nuotykius ir meilės istorijas,
eidavau miegoti žiaurių, nekalbių rodeziečių prikimšta
galva.Tie tvirti vyrai visuomet užmuša priešus“smūgiu iš
dešinės“.
Nelaimei,mano
aplinkoje nė vienas vyras neatrodė galįs užmušti žmogaus(?“taip
tekste) smūgiu iš dešinės, net sudavęs daug kartų“38psl.
Huguette
Bouchardeau
Agatha
dans tous ses ėtats
Paris,
Flammarion,1998
Vertymas
į lietuvių kalbą,Lolija Spurgienė 2004
Leidykla
VAGA 2004
Užsisakykite:
Pranešimai (Atom)